Как использовать позиции ВС по индивидуализации ответственности для защиты

Что такое индивидуализация и зачем она нужна КДЛ?

Индивидуализация субсидиарной ответственности — это право каждого КДЛ потребовать от суда установить его ответственность отдельно, а не солидарно на всю сумму реестра. Норма содержится в пункте 11 статьи 61.11 Федерального закона о банкротстве. Механизм позволяет снизить требование до той доли долга, которая причинно связана именно с нарушениями данного КДЛ, — остальное несут другие контролирующие лица или остаётся непогашенным.

До принятия Пленума ВС РФ №42 суды нередко привлекали всех установленных КДЛ солидарно на полную сумму, не разграничивая их вклад в банкротство. Пленум №42 прямо указал: само по себе солидарное привлечение нескольких лиц не исключает последующего разграничения — каждый КДЛ вправе доказать, что его нарушение повлекло убытки лишь в определённой части.

Практическое значение: если в деле три КДЛ, а сумма реестра составляет 150 млн рублей, то директор, который подписывал только одну группу сделок на 30 млн рублей, может добиться снижения своей ответственности до этих 30 млн рублей — при условии, что докажет причинно-следственную связь именно в отношении своих действий.

Какие позиции Пленума ВС РФ №42 работают на снижение размера?

Постановление Пленума ВС РФ от 23.12.2025 №42 — изменения в Постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 — зафиксировало несколько ключевых правил, которые КДЛ может использовать непосредственно в процессе. Каждое из них позволяет либо снизить размер ответственности, либо полностью вывести часть требования за рамки своей ответственности.

Разрыв причинно-следственной связи. Причинно-следственная связь между нарушением КДЛ и невозможностью погашения требований — обязательный элемент, который суд устанавливает по каждому основанию отдельно. Пленум №42 подтвердил: КДЛ вправе доказать, что конкретное нарушение не стало причиной всей суммы непогашенного долга. Если связь опровергнута частично, суд снижает размер пропорционально.

Business Judgment Rule в банкротстве. Business Judgment Rule (предпринимательский риск) — позиция Пленума №42, согласно которой санкционное давление, рыночные колебания, объективная экономическая нестабильность сами по себе не образуют вины КДЛ. Для привлечения необходимо доказать именно недобросовестное поведение — не просто ошибочное решение, а заведомо убыточное для должника при наличии альтернатив. Это правило открывает возможность для полного отказа в привлечении, а не только для снижения размера.

Индивидуальная ответственность членов коллегиальных органов. Пленум №42 установил: само по себе членство в совете директоров или ином коллегиальном органе не означает соучастия в причинении вреда. Ответственность определяется индивидуально — по конкретным решениям, за которые данный член органа голосовал или которые он инициировал. Голосование «против» или «воздержался» при надлежащей фиксации в протоколе — полноценное основание для вывода из числа ответчиков.

Мораторные проценты и расчёт размера. С 23 декабря 2025 года мораторные проценты включаются в размер субсидиарной ответственности. Это увеличивает итоговую сумму требования — поэтому при работе над снижением размера необходимо проверять, правильно ли управляющий рассчитал мораторные проценты и с какой даты они начислены.

Для использования позиций Пленума №42 в суде важно правильно выстроить процессуальный момент: заявлять об индивидуализации размера следует не вместо возражений по существу, а параллельно — как самостоятельное ходатайство с отдельным расчётом. Суд вправе рассмотреть это ходатайство даже после того, как факт привлечения установлен.

Как разграничить ответственность между несколькими КДЛ?

Разграничение долей контролирующих лиц — процессуальный инструмент, при котором каждый из нескольких КДЛ несёт ответственность только за те нарушения, которые он совершил лично. Норма пункта 11 статьи 61.11 Федерального закона о банкротстве прямо допускает установление судом размера ответственности каждого КДЛ в отдельности. По умолчанию привлечённые лица несут солидарную ответственность — но любой из них вправе потребовать её индивидуализации.

Чтобы добиться разграничения, КДЛ должен представить суду три блока доказательств:

• Разграничение полномочий. Документы, показывающие, что конкретные решения или сделки входили в компетенцию другого КДЛ, — уставные документы, протоколы, приказы о распределении обязанностей, доверенности.
• Отсутствие участия. Доказательства того, что данный КДЛ не участвовал в оспариваемых операциях: не подписывал договоры, не давал указаний, не присутствовал при принятии решений.
• Расчёт суммы. Независимый расчёт, показывающий, какая часть недостаточности имущества возникла именно из-за нарушений данного КДЛ, а какая — из-за действий других лиц или объективных рыночных причин.

На практике суды охотнее применяют разграничение, когда между КДЛ существовало формальное разделение функций — операционный и финансовый директора, директор и мажоритарный участник. Если оба лица имели неограниченный доступ ко всем решениям, разграничение потребует более детальной доказательной базы.

Также применима статья 53.1 ГК РФ об ответственности органов управления: требование о взыскании убытков в деле о банкротстве (статья 61.20 Федерального закона о банкротстве) нередко предоставляет возможность зафиксировать меньшую сумму, чем полная субсидиарная ответственность, — поскольку убытки считаются по фактическому ущербу от конкретных действий.

Когда суд применяет снижение размера, а когда отказывает?

Снижение размера субсидиарной ответственности — не автоматическое право КДЛ, а результат доказывания. Суды применяют механизм индивидуализации при наличии двух условий: КДЛ активно заявил соответствующее ходатайство с расчётом и представил доказательства частичного отсутствия причинно-следственной связи. Суды отказывают в снижении, если КДЛ ограничивается общими возражениями без расчёта конкретной суммы.

Позиции ВС РФ позволяют выделить три ситуации, в которых снижение наиболее вероятно:

• Несколько КДЛ с формально разграниченными полномочиями — можно доказать, что конкретные убыточные решения принимал другой КДЛ.
• Нарушение охватывает только часть операций должника — например, одна убыточная сделка при наличии нормальной хозяйственной деятельности в остальном.
• Банкротство частично вызвано объективными факторами — санкционное давление, утрата контрагентов, — которые КДЛ не мог устранить (Business Judgment Rule по Пленуму №42).

Суды, как правило, отказывают в снижении в трёх случаях: если КДЛ вывел активы непосредственно перед банкротством, если уничтожил или скрыл документы должника, если продолжал наращивать долги после появления признаков объективного банкротства. В этих ситуациях суды квалифицируют поведение КДЛ как недобросовестное и применяют полный размер ответственности.

Подробнее о доказательной базе в делах о субсидиарной ответственности — в статье «Доказательства в деле о субсидиарке: доказательная база». Также см. «Как избежать субсидиарки: BJR и документирование».

Типовые ситуации: как применить индивидуализацию в вашем случае

Механизм индивидуализации работает по-разному в зависимости от роли КДЛ и характера предъявленных нарушений. Ниже — три типовые ситуации с анализом применимых позиций ВС РФ.

Ситуация 1. Активный КДЛ: управлял, подписывал, принимал решения.
Роль: директор или мажоритарный участник с полным операционным контролем. Нарушения: убыточные сделки, непередача документации, несвоевременная подача заявления о банкротстве (статья 61.12 Федерального закона о банкротстве). Вероятный исход при пассивной защите — полный размер ответственности. Стратегия: разбить требование на эпизоды и по каждому доказывать причинно-следственную связь отдельно. Даже при доказанности большинства нарушений снижение на 20–40% реально, если часть убытков возникла из объективных причин.

Ситуация 2. Пассивный КДЛ: формально связан, реального влияния нет.
Роль: номинальный директор, миноритарный участник, главный бухгалтер, подписывавший отчётность. Нарушения вменяются по формальному признаку — должность, подпись, доступ к счетам. Вероятный исход при грамотной защите — отказ в привлечении либо минимальная сумма. Стратегия: в первую очередь опровергать статус КДЛ по статье 61.10 Федерального закона о банкротстве; параллельно — заявлять об индивидуализации на случай, если суд всё же признает КДЛ. Доказательства: должностная инструкция, ограниченные полномочия, отсутствие права распоряжения активами.

Ситуация 3. Исторический КДЛ: утратил статус, но в пределах трёхлетнего периода.
Роль: бывший директор или участник, вышедший из компании до начала банкротства. Нарушения вменяются за период, когда он ещё занимал должность или владел долей. Вероятный исход зависит от хронологии: если управляющий доказывает, что именно действия в период контроля данного лица создали условия для банкротства — привлечение возможно. Стратегия: установить точную дату, когда данный КДЛ утратил реальный контроль; доказать, что после его ухода другие КДЛ приняли самостоятельные решения, увеличившие долг. Срок привлечения — три года с момента, когда заявитель узнал об основаниях (статья 61.14 Федерального закона о банкротстве); давность по действиям бывшего КДЛ считается отдельно.

Аналитику по практике ВС РФ за 2025–2026 годы собираем в разделе «Практика судов по субсидиарной ответственности».

Выбор между стратегией «опровергнуть статус КДЛ» и стратегией «снизить размер» — не взаимоисключающий: обе позиции можно заявлять параллельно. Но аргументы для каждой строятся на разных доказательствах. Переход от одной стратегии к другой на стадии апелляции ограничен — новые доводы требуют уважительных причин для принятия судом.

Ключевые термины: справочник

Солидарная ответственность КДЛ — ответственность нескольких контролирующих должника лиц по одному требованию в полном объёме каждым. Кредитор вправе предъявить требование к любому из КДЛ или ко всем одновременно. Солидарная ответственность не исключает последующей индивидуализации — любой КДЛ вправе потребовать ограничения своей доли.

Объективное банкротство — момент, когда должник утратил способность удовлетворять требования кредиторов, независимо от факта возбуждения дела о банкротстве. Определение этого момента критично для двух целей: установить, за какой период оцениваются действия КДЛ, и проверить, возникла ли у руководителя обязанность подать заявление (статья 61.12 Федерального закона о банкротстве).

Презумпция вины КДЛ — правило статьи 61.11 Федерального закона о банкротстве: если установлены предусмотренные законом основания (вывод активов, непередача документации, искажение отчётности), вина КДЛ предполагается. Бремя доказывания отсутствия вины переходит на самого КДЛ.

Снижение размера субсидиарной ответственности — уменьшение суммы взыскания с конкретного КДЛ по основанию пункта 11 статьи 61.11 Федерального закона о банкротстве. Применяется по ходатайству КДЛ при доказанности частичного отсутствия причинно-следственной связи между его нарушениями и непогашенными требованиями.

Подробнее о документах, которые помогают разграничить ответственность КДЛ, — в статье «Документы для защиты по вопросу разграничения КДЛ».